bbdad

Category:

О том, как хан Мухаммед русский пирог получил

Итак,  великий князь Московский Василий Васильевич II довольно успешно  противостоял уже казанскому на то время хану Улу-Мухаммеду, без  преувеличения - основателю Казанского ханства. Как князь Василий строил  Московское государство, так и хан Мухаммед строил своё.

Оба  правителя лично были знакомы давно: именно Улу-Мухаммед сделал свой  выбор в пользу Василия в споре того с князем Юрием Дмитриевичем за Мос

ковское  великое княжение. Однако, набиравшее силу будущее Московское  государство неизбежно входило в противоречия с частями распавшейся  Золотой Орды: русские княжества формально всё ещё были ордынскими  вассалами, а вот кто будет их сюзереном и кто будет получать с такой  немалой территории налоги - это был большой вопрос: каждый из ханов  хотел владеть огромным русским пирогом. Естественно, что со стороны  великого князя был свой экономический интерес не давать денег на  сторону. И тут уж было не до личных симпатий-отношений. В очередной раз  эти интересы столкнулись под Суздалем.

В  1445 году великому князю донесли, что хан Улу-Мухаммед, расположившийся  в Нижнем Новгороде (тогда у него снова были неприятности в Казани),  послал своих сыновей - Мамутека и Ягупа - с войсками на Русь. Василий  Васильевич вышел к нему навстречу с небольшим войском - "... мало было воинов, разве что с тысячу",  что само по себе характеризует великого князя весьма храбрым человеком:  на ханское войско с тысячью воинов... Правда, чуть позже подошёл к нему  со своим полком владимирский князь Игнатий Алексеевич. Остальные князья  запаздывали, в том числе и царевич Бердедат.

Царевич  этот - примечательная личность, хотя сведений о нём в русских летописях  очень мало. По-видимому, был он сыном упоминавшегося в летописях хана  Куидадата (он же - Худайдат), который в 1424 году был разбит русскими  войсками под Рязанью. Каким образом Бердедат попал на службу Василию  Васильевичу - точно неизвестно. Возможно, когда за власть в Орде  боролись Улу-Мухаммед, Барак-хан и предполагаемый отец царевича -  Худайдат, последний был убит Барак-ханом, и Бердедат ушёл к московскому  князю, поскольку ни против Барак-хана, ни против Улу-Мухаммеда ему было  просто не выстоять. Бердедат считается первым татарским царевичем на  службе московских князей.

К  суздальской битве Бердедат не успел. Впрочем, может, и не хотел успеть:  Улу-Мухаммед был ему хорошо знаком. А вот неоднократный победитель  Улу-Мухаммеда - Дмитрий Шемяка вовсе не явился и даже полков своих не  прислал. Так что было русских войск "... с полторы тысячи".

Татарских  войск было около трёх с половиной тысяч. Судя по описанию, татары  применили свой излюбленный приём - притворное бегство. Как только в  русских войсках начался разброд: одни - бросились в погоню за  отступающими, другие - "...начали уже избитых татар грабить...", татарские войска развернулись и ударили по расстроенному русскому войску. Сам великий князь бился отчаянно: "...на великом князе были многие раны на голове и руках, а тело было всё сильно избито". В плен тогда попало много русских князей и их воинов.

После  этой битвы татары разграбили Суздаль, пошли к Владимиру, но его не  решились штурмовать, ушли к Мурому, грабя всё по пути. Потом они  вернулись в Нижний Новгород и привели к Улу-Мухаммеду среди прочих  князей и его старого знакомого - великого князя Василия Васильевича.

Это  было неслыханно: великий московский князь - в плену! Возможно, от  такого неожиданного успеха Улу-Мухаммед со своими войсками и пленным  великим князем ушёл в Курмыш, подальше от русских, а к Дмитрию Шемяке  послал своего посла - Бегича.  Шемяка, узнав от Бегича о пленении  Василия Васильевича "... рад был, и много чести оказал  ему [Бегичу], желая великого княжения, и отпустил его  [Бегича] со всем  лихом на великого князя, а с ним послал своего посла дьяка Фёдора  Дубенского, чтобы князю великому не выйти на великое княжение". Вот такие тёплые отношения продолжались между князьями и родственниками.

Однако,  по непонятной причине Улу-Мухаммед счёл, что Дмитрий Шемяка посла  Бегича убил. Может, рассчитывал на быстрое возвращение того, но не  дождался, а потому в 1446 году Василия Васильевича с прочими пленными из  Курмыша отпустил, взяв с того крестное целование, что князь заплатит за  освобождение "сколько сможет". Хан послал с великим князем и своих людей: "многих князей с многими людьми".

Великий  князь Василий отправил в Москву гонца с вестью о своём освобождении.  Гонец тот между Нижним Новгородом и Муромом на Оке встретил посланника  Шемяки - дьяка Фёдора с ханским послом Бегичем - такая вот случайность.  Фёдор, узнав об освобождении Василия Васильевича, вместе с Бегичем  вернулся в Муром, где ханского посла князь Василий Оболенский заковал в  железа. Дмитрий же Шемяка, узнав весть, сбежал в Углич, подальше от  великого князя: дьяк Фёдор, видимо, князю Оболенскому в Муроме хитрый  план Дмитрия рассказал.

Сумма выкупа за великого князя в летописях указывается разной: по Новгородской 4-й - "двести тысяч рублей", по Псковской 1-й - "пол-30 тысяч".  В любом случае сумма эта была огромной: да за великого князя и не могла  быть иной. Тогда были совсем другие понятия: заплатить за себя, как за  простого князя - это себя не уважать и потерять уважение других. Для  великого князя - смерти подобно. Кроме того, с великим московским князем  пришли, по сведениям псковской летописи, 500 татар, которые,  по-видимому, должны были контролировать сбор "ордынского выхода" - налога. 

Улу-Мухаммед русский пирог заполучил.

История, музыка, кино, кулинария, крафт и прочее. Подписывайтесь, будет интересно! 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded